Среда
17
Июля
×

Капитан Гастелло

№113, 13 июля 1941

Боевые эпизоды

На рассвете 6 июля — на разных участках фронта — летчики собрались у репродукторов. Го­ворила московская радиостан­ция, диктор по голосу был старым знакомым — сразу по­веяло домом, Москвой. Переда­валась сводка Информбюро. Дик­тор прочел краткое сообще­ние о героическом подвиге ка­питана Гастелло. Сотни людей — на разных участках фронта — повторили это имя.

— Гастелло? Да это же о на­шем капитане.

Николай Францевич Гастелло был членом большой и дружной семьи сталинских соколов.

Еще задолго до войны, когда он — вместе с отцом — работал на одном из московских заводов, о нем говорили: «Куда ни поставь, всюду — пример».

Это был человек, упорно воспитывающий себя на труд­ностях, человек, копивший си­лы на большое дело.

Чувствовалось — Николай Гастелло стоящий человек.

Когда он стал военным лет­чиком, это сразу же подтвер­дилось. Он не был знаменит, но быстро шел к известности.

В 1939 году он бомбил белофинские военные заводы, мосты и доты, в Бессарабии выбрасывал наши парашютные десанты, чтобы удержать ру­мынских бояр от грабежа страны.

С первого же дня Великой Отечественной войны капитан Гастелло во главе своей эскадрильи громил фашистские тан­ковые колонны, разносил в пух и прах военные объекты, в щепу ломал мосты.

О капитане Гастелло уже шла слава в летных частях. Люди воздуха быстро узнают друг о друге.

Последний подвиг капитана Гастелло не забудется никогда.

3 июля во главе своей эскад­рильи капитан Гастелло сражал­ся в воздухе. Далеко внизу, на земле; тоже шел бой. Моторизованные части противника прорывались на советскую землю. Огонь нашей артиллерии и авиация сдерживали и останавли­вали их движение. Ведя свой бой, Гастелло не упускал из виду и бой наземный.

Черные пятна танковых скоп­лений, сгрудившиеся бензиновые цистерны говорили о заминке в боевых действиях врага.

И бесстрашный Гастелло про­должал свое дело в воздухе. Но вот снаряд вражеской зенитки разбивает бензиновый бак его самолета.

Машина в огне. Выхода нет.

Что же, так и закончить на этом свой путь? Скользнуть, по­ка не поздно, на парашюте и, оказавшись на территории, занятой врагом, сдаться в по­стыдный плен ? Нет, это не вы­ход.

И капитан Гастелло не от­стегивает наплечных ремней, не оставляет пылающей машины. Вниз, к земле, к сгрудившимся цистернам противника, мчит он огненный комок своего само­лета. Огонь уже возле летчи­ка. Но земля близка. Глаза Гастелло, мучимые огнем, еще видят, опаленные руки тверды. Умирающий самолет еще слу­шается руки умирающего пилота.

Так вот как закончится сей­час жизнь — не аварией и не пленом, — подвигом!

Машина Гастелло врезается в «толпу» цистерн и машин — и оглушительный взрыв долгими раскатами сотрясает воздух сражения: взрываются вражеские цистерны.

Запомним имя героя — капи­тана Николая Гастелло.

Его семья потеряла сына и мужа, родина приобрела героя. Среди бессмертных сталинских соколов навсегда останется под­виг человека, рассчитавшего свою смерть, как бесстрашный удар по врагу…

П. Павленко, П. Крылов